Биполярное расстройство I типа

Клинический контекст

В клинической практике БР I часто проявляется чередованием периодов относительной стабильности и эпизодов, когда человек резко меняется: становится чрезмерно деятельным, общительным, уверенным, легко вступает в споры, берётся за множество проектов, обещает больше, чем может выполнить. На работе это может выглядеть как внезапный «рывок» с переработками и инициативами, но быстро появляется хаотичность, ошибки, конфликтность, нарушение субординации. В семье и отношениях — как раздражительность, ускоренная речь, невозможность «остановиться», импульсивные покупки, рискованные поездки, необдуманные переезды, измена или навязчивые идеи о «срочной миссии». Нередко окружающие сначала воспринимают состояние как «подъём» или вдохновение, пока последствия не становятся очевидными. Типичные причины обращения за помощью: бессонница на фоне энергии и возбуждения, резкие конфликты и агрессия, финансовые проблемы, правовые последствия, опасное вождение, потеря работы, а также появление необычных убеждений (например, ощущение особых способностей, идеи преследования) или слышание «голосов». Часто человек в мании не считает себя больным и приходит к врачу по инициативе близких; напротив, в депрессии может воспринимать состояние как безвыходное и стыдиться обращения. Сопутствующие проявления встречаются часто: тревога, панические симптомы, злоупотребление алкоголем или стимуляторами, нарушения пищевого поведения, эпизоды раздражительности и дисфории, проблемы концентрации. Важно понимать, чего БР I «не означает». Оно не равняется постоянной непредсказуемости: между эпизодами у многих сохраняется стабильное функционирование. Оно не тождественно «двойной личности» (диссоциативному расстройству идентичности) и не сводится к темпераменту. Также симптомы мании не всегда сопровождаются эйфорией: иногда ведущими бывают злость, нетерпимость, внутреннее напряжение, что может ошибочно выглядеть как «характер» или хроническая конфликтность. В оценке клиницист учитывает длительность и выраженность изменений, наличие явного снижения сна без усталости, степень утраты критики, последствия поведения, историю предыдущих эпизодов, семейный анамнез, а также влияние веществ и лекарств. Отдельно уточняется риск: суицидальные мысли при депрессии, опасные поступки в мании, агрессия, способность соблюдать безопасность и принимать помощь.

Причины и механизмы

Современная модель БР I рассматривает его как результат взаимодействия биологических уязвимостей и факторов среды. Наследственная предрасположенность вносит заметный вклад: у родственников первой степени риск выше среднего, хотя это не означает неизбежности. На уровне мозга обсуждаются изменения регуляции нейромедиаторных систем (в том числе дофаминергической, глутаматергической), особенности циркадных ритмов и реактивности систем стресса, а также функционирование префронтально-лимбических сетей, отвечающих за контроль импульсов и эмоциональную регуляцию. Эти механизмы не являются «анализом по одному гормону» и не диагностируются по одиночному лабораторному тесту. Важный поддерживающий контур связан со сном и биоритмами. Для многих людей с БР I уменьшение длительности сна может быть как ранним признаком приближающейся мании, так и фактором, усиливающим её: чем меньше сна, тем выше возбуждение и тем труднее уснуть — формируется самоподдерживающийся цикл. Сюда же относятся смена часовых поясов, ночные смены, длительные вечерние стимулы (работа до ночи, яркий экран, вечерний алкоголь), а также сезонные изменения светового дня. Психологические механизмы могут включать усиление целеполагания и «разгон» активности после успеха или стресса: человек начинает ставить всё более амбициозные цели, увеличивает нагрузку, игнорирует сигналы усталости, а снижение критичности делает рискованные решения субъективно «очевидно правильными». У части людей важную роль играют руминативные процессы и переоценка внутренних сигналов: ускорение мыслей и повышенная энергия воспринимаются как доказательство исключительных возможностей, что усиливает поведение, поддерживающее эпизод. В депрессии, наоборот, могут закрепляться избегание, социальная изоляция и нарушения режима, которые ухудшают сон и повышают уязвимость к следующему сдвигу настроения. Социальные факторы — не «первопричина», но значимые триггеры: острый стресс, утраты, конфликты, перегрузка, а также употребление психоактивных веществ. Особенно важно учитывать стимуляторы (амфетамины, кокаин), некоторые формы каннабиса, алкогольные запои и отмену седативных средств. Отдельный клинический вопрос — индуцированные лекарствами состояния: антидепрессанты и глюкокортикоиды у уязвимых людей могут быть связаны с маниакальными/гипоманиакальными симптомами; оценка всегда индивидуальна и требует сопоставления с полной картиной и временными связями. Таким образом, БР I поддерживается не одним фактором, а цепочкой: биологическая уязвимость + нарушения сна/ритмов + стресс/вещество/лекарство + поведенческое «ускорение» и снижение критичности. Выявление персональных ранних признаков (например, сокращение сна, рост разговорчивости, увеличение трат) помогает вовремя вмешаться и снизить риск тяжёлого эпизода.

Поддержка и подходы к помощи

Помощь при БР I обычно комбинирует медикаментозные и психотерапевтические подходы, а также изменения образа жизни, направленные на снижение риска новых эпизодов. Выбор стратегии зависит от фазы (мания, депрессия, смешанные симптомы, ремиссия), тяжести, наличия психоза, сопутствующих расстройств (например, зависимости, тревоги) и медицинских противопоказаний. Оптимальный план составляет врач-психиатр при очной оценке и последующем наблюдении. Медикаментозная терапия часто является ключевой при БР I. Для купирования мании и профилактики рецидивов применяются нормотимики и некоторые антипсихотики (по показаниям и с контролем безопасности). В практике используются препараты лития, вальпроата, карбамазепина, ламотриджина (чаще для профилактики депрессивных эпизодов), а также атипичные антипсихотики. Конкретный выбор зависит от клинической картины: например, при выраженной ажитации, бессоннице или психотических симптомах могут быть нужны средства с более быстрым антиманиакальным действием; при частых депрессиях — стратегии с упором на профилактику депрессивных фаз. Важно обсуждать мониторинг побочных эффектов (масса тела, метаболические показатели, функция щитовидной железы и почек при литии, печёночные показатели при вальпроате и др.), а также взаимодействия с другими лекарствами. Антидепрессанты при биполярном спектре требуют осторожности: у части людей они могут быть связаны с инверсией фазы или ускорением цикличности, поэтому назначаются не всем и, как правило, в сочетании с нормотимиком и под наблюдением. Психотерапия и психообразование повышают устойчивость ремиссии и помогают управлять рисками. Эффективность показана для когнитивно-поведенческой терапии, интерперсональной и социальной ритм-терапии (IPSRT), семейно-ориентированных вмешательств. Психообразование включает обучение распознаванию ранних признаков мании/депрессии, формирование плана действий на случай ухудшения, обсуждение влияния сна, веществ и стресса. IPSRT фокусируется на стабилизации социальных и биологических ритмов (сон, питание, активность, нагрузка) и на решении межличностных конфликтов, которые могут запускать эпизоды. Семейные программы помогают близким понимать признаки рецидива, снижать эскалацию конфликтов и поддерживать безопасное обращение за помощью. Практические меры поддержки нередко включают: согласованный режим сна (приоритет — предотвращение недосыпа), ограничение стимуляторов (включая алкоголь и немедицинское использование психостимуляторов), планирование нагрузок и финансовых ограничителей на период уязвимости (лимиты на карты, совместные решения по крупным тратам), а также заранее подготовленный «кризисный план» (контакты врача, кто может сопровождать, какие симптомы считаются сигналом тревоги). Для части людей важны юридические и организационные шаги: временный отпуск, корректировка рабочих задач, восстановление после эпизода. Если эпизод тяжёлый (выраженная бессонница, психоз, опасное поведение, отказ от еды/воды, агрессия), может потребоваться стационарное лечение для безопасности и быстрого подбора терапии. Это не «наказание», а способ защитить человека и окружающих и стабилизировать состояние. После стабилизации важна долгосрочная стратегия профилактики рецидивов и поддержка качества жизни: восстановление социальных ролей, лечение коморбидных состояний, работа с последствиями эпизодов (долги, отношения, репутационные потери) и профилактика стигмы. Самопомощь без специалиста может быть недостаточной при БР I из-за риска утраты критики в мании. Однако навыки самонаблюдения и согласованные с врачом действия (например, срочное сокращение нагрузки и защита сна при ранних признаках) могут существенно снизить вероятность развернутого эпизода.

Когда стоит обратиться за помощью

Обратиться к специалисту (психиатру, психотерапевту, клиническому психологу в связке с врачом) стоит, если вы или близкие замечаете период длительного и необычного подъёма/раздражительности с повышенной энергией и сниженной потребностью во сне, особенно когда это сопровождается импульсивными решениями, ростом трат, рискованным поведением, конфликтами, нарушением работы или учёбы. Важные критерии — изменение «не похоже на вас», длится днями и приводит к последствиям. Плановая консультация особенно показана, если: (1) были эпизоды, когда вы спали существенно меньше без усталости; (2) появлялось ощущение «мысли несутся», трудно остановить речь или деятельность; (3) вы брались за множество дел одновременно и не могли контролировать темп; (4) случались необъяснимые провалы в критике (например, крупные траты, риск на дороге); (5) после подъёма наступала выраженная депрессия или истощение. Если уже был установлен диагноз БР I, поводом для пересмотра терапии являются учащение колебаний, нарастание бессонницы, побочные эффекты препаратов, беременность/планирование беременности, появление употребления веществ. Срочно (в тот же день) нужна очная оценка, если возникает подозрение на манию с опасным поведением, невозможностью спать несколько ночей подряд, выраженным возбуждением, агрессией, бредовыми идеями, галлюцинациями, тяжёлой дезорганизацией, а также при любом намёке на самоубийство в депрессивной фазе. Близким полезно заранее обсудить, кто может сопровождать человека к врачу и как ограничить доступ к опасным средствам, кредитам и автомобилю при ухудшении. Если есть мысли о самоповреждении/суициде, симптомы психоза, выраженная дезориентация или опасность для себя/других — требуется срочная очная помощь/неотложные службы.

Связанные термины

(В демо кликабельность не включена — позже можно связать с реальными страницами терминов.)

Источники

• American Psychiatric Association. Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders, 5th ed., Text Revision (DSM-5-TR). Washington, DC: APA Publishing; 2022.
• World Health Organization. International Classification of Diseases 11th Revision (ICD-11): Bipolar type I disorder. Geneva: WHO; 2019 (online version, updates ongoing).
• National Institute for Health and Care Excellence (NICE). Bipolar disorder: assessment and management. Clinical guideline CG185. London: NICE; updated 2020.
• Yatham LN, Kennedy SH, Parikh SV, et al. Canadian Network for Mood and Anxiety Treatments (CANMAT) and International Society for Bipolar Disorders (ISBD) 2018 guidelines for the management of patients with bipolar disorder. Bipolar Disorders. 2018;20(2):97-170.